Александра Гейл - Дневник любовницы мафии [СИ]

— Скажу, что забыла кредитку! — вызверилась я.

И впервые заметила что-то, сходное с уважением в глазах моего новоиспеченного шофера. Я вернулась к Граданским, заперлась в комнате и открыла Элин ноутбук. Вышла в интернет, зашла на почту (благо, она сохраняла все пароли). В блоге Лизы значился ее электронный адрес, я вбила его в адресаты и начала нарочито медленно печатать послание, дабы не привлекать внимания камер. Полагаю, с такими накладными ногтями, какие обычно делает эта девушка, быстро у нее выходить не могло в принципе!

Лизе я выложила без обиняков. Про Алекса. Про блог. Про себя. Сообщила мало, чтобы в случае чего она не написала полноценное послание Константину с указанием всех моих биометрических данных, но достаточно, чтобы понять — ситуация аховая. Я попросила ее ответить, если она сможет, или если захочет. И, не стесняясь, выразила желание услышать все, что ей известно. А после этого, помолившись всем известным богам, я выключила ноутбук и стала переодеваться, стараясь не думать о камерах вовсе. Это не я, не Карина Орлова, никому нет дела до Карины Орловой. Это Эльвира Граданская. И все. Я оделась и вышла из комнаты. Тут ко мне подошел Костя.

— Я сегодня с вами в клуб, — сообщил он. И это меня не порадовало, придется прятаться.

Мы вышли из машины. Костя придержал дверь, и подал мне руку. Как вдруг:

— А что с твоими ногтями? Где вчерашний маникюр? — насторожился он. Я была в Лондоне и не могла сделать такой же.

— Мне не понравился, стерла, — прохрипела я.

— Ты мне этими узорами два дня мозги мыла! — беззлобно усмехнулся он. — И стерла, стоило посетить салон?! Женщины.

Мне стоило нечеловеческих усилий не закричать, не убежать. Я тяжело оперлась о дверцу машины. Живот узлом скрутило.

И мы в клубе. Костя встретил кого-то и пропал из виду. Я было обрадовалась, но рано. Потому что ко мне подкатил высокий сбитый блондин. Паша подсказал, что это и есть Ваня. Он меня притащил на диван, начал лапать и расспрашивать о том, как прошел день. Честно говоря, я так офигела, что не знала, как реагировать, спас телефонный звонок. Я пулей вылетела из клуба. Но мне стало не сильно лучше, звонила подруга Эли.

— Мы в баре, давай к нам! — пьяно вопила она в трубку.

— Мы с Ваней в клубе.

— Бросай его! — фыркнула Пенни (судя по записи на мобильнике. Понятия не имею, кто она на самом деле). — Тут в двести раз горячее мальчики! — засмеялась она. Меня как Карину покоробило бы подобное заявление, но сейчас я Эля. А что бы сказала она? Пока я задавалась философскими вопросами межличностных различий, меня нашел Ваня.

— Опять Пенни, эта стерва, — взвился он мигом.

— Пен, я перезвоню, — поспешила ответить я.

— Как обычно, — фыркнула она, и я поняла, что, может, не все так безнадежно. Может быть, я понимаю кто такая Эля Граданская? А Ваня улыбнулся и протянул мне сигарету. Я не отказалась. «Свои» я «забыла». А точнее даже не вспомнила. Еще раз спасибо Алексу, чтоб его. Я затянулась, подавляя отвращение. А парень вдруг нагнулся и поцеловал меня. Никогда не думала, что мой первый поцелуй случится с человеком, которого я вижу двенадцатую минуту и не увижу, возможно, никогда. Некоторые думают, что это пикантно? Ну, так вот его язык просто скользнул по моим губам, оставляя липкий слюнявый след. Облизал, точно собака! И это должно было свести меня с ума? Да вы шутите! И то, что я отмерла, и в приступе паники прикусила его губу заставило его… простите… стонать?! Капец! Стоило поцеловаться с Алексом хотя бы для того, чтобы знать, как это делается. Я почти, почти пожалела. Тот мне хотя бы нравился. А от Вани еще и алкоголем разило за версту…

Подавляя мрачное настроение, проклиная Алекса (чтоб ему икалось), я потягивала дорогущее шампанское, даже не озаботившись тем, что нужно сделать «лицо попроще». Уверена, Эле капризы не в новинку, вон как все вокруг прыгают. Мне тоже можно. И есть масса причин. Меня бесит Ваня, меня бесит шамнаское. И то, что сигаретный дым пропитал волосы. И меня бесит, что меня поцеловал совершенно посторонний человек! Но когда подошел Костя, я очень попыталась взять себя в руки. К тому же, Ваню будто ветром сдуло. Не хочу знать, что именно эти двое не поделили, но у Константина был определенный и очень весомый плюс: он не лез с домогательствами!

— Ты сегодня какая-то тихая, — сказал он, присаживаясь рядом. — Не заболела?

— Наверное, не выспалась, — отмахнулась я. Костя на меня недоверчиво посмотрел. И я похолодела.

— Оставишь мне дом назавтра? — спросил он, будто все хорошо было, будто я была его настоящей сестрой. Я не сумела сдержать улыбку. Как мне понравилась эта идея! Одна, без камер, без вранья! Но, надеюсь, с письмом от Лизы, которое грело душу!

— К тебе гости? — спросила я, сохраняя на губах улыбку.

— Не те, о ком ты подумала, — эх, знал бы он, о чем я думала! — Помнишь эстонский проект?

— Нет, — мгновенно включилась я. Пусть рассказывает.

— Ничего не помнишь! — вздохнул он. — Мы тянем нефтепровод по территории Эстонии в Польшу, это принесет большие деньги, — Константин сверкнул карими глазами, совершенно такими, как у его сестры. — Поэтому приедут эстонские коллеги. В общем, мне понадобится дом.

— Ну ладно, — скривила я губы, хотя мне нравилась эта идея куда больше, чем я осмелилась показать.

Костя улыбнулся и, проведя рукой по моим волосам, ушел. Итак, моя защита от Вани пропала, и я пошла танцевать, надеясь, что он из тех парней, которые стесняются двигаться на глазах у всех. Просчиталась. Он подкатил ко мне. Еще более пьяный и настроенный на интим. С одной стороны это было хорошо — никто не понял бы насколько хорошо или плохо я танцую, с другой… пришлось срочно включать режим: я не Карина. Не Карина!

В четыре часа утра мы с Ваней поехали-таки в бар к Пенни… где обнаружился женский стриптиз. Пожалуй, хорошо, что не мужской, иначе я бы сидела там красная, как помидор, и не объяснишь же. Вот только Пенни вдруг решила, что она танцует лучше тех, кто на сцене, а потому схватила меня за руку и потянула за собой. Я затравленно взглянула на Пашу, но он кивнул. Как же я ненавидела Элю Граданскую. Кляла ее и шлюхой, и дурой. А уж Алексу как досталось. И все потому что мне тоже пришлось танцевать стриптиз. Я покрутилась по сцене, подняла юбку, сверкая чулками с подвязками и да. Сняла блузку. Разумеется, Пенни, которая осталась в одних трусиках и чулках, я проиграла, но… слава богу! Одно радовало — почти никто и никогда не узнает, что это была я, а не Эля. Эх, чего не сделаешь, когда жить захочешь!

Только мы оказались в машине, я вытащила линзы и забилась в угол. Однако спрятаться в темноте не удалось. Привет, белые ночи!